День города

Мы в соцсетях:    fb  vk 

Почему Максим Горький не получил Нобелевскую премию. Часть 3

Нижний Новгород — город не только купеческий, но и литературный. В нашем городе жили и работали многие известные русские писатели: М. Горький, П. И. Мельников-Печерский, Т. Г. Шевченко, В. И. Даль, В. Г. Короленко, Н. А. Добролюбов. В Нижнем бывали поэты Пушкин и Жуковский. В разное время видами Стрелки с высоты Дятловых гор любовались А. Н. Островский, А. П. Чехов, Г. И. Успенский, В. А. Гиляровский. Сюда приезжали А. Дюма, Л. Кэрролл, А. Барбюс, Т. Драйзер. Но все же более других с нашим городом были связаны жизнь и творчество Алексея Максимовича Горького (1868–1936). Он здесь родился, пошел «в люди», занимался благотворительностью, а также литературной и общественной деятельностью. Даже его псевдоним, рожденный впечатлениями о тяжелой жизни волгарей, на несколько десятилетий стал названием нашего города. И кажется, что про писателя-земляка мы знаем все. Но мы все же рискнем предположить, что многие наши читатели не знали, например, о том, что Горького пять раз номинировали на Нобелевскую премию по литературе и, увы, безуспешно. О том, почему всемирно известный писатель Максим Горький не стал нобелевским лауреатом, мы и рассказываем.

(Продолжение. Начало в № 19, 21.)

Снова за границей

В 1921 году Максим Горький снова уезжает за границу. Официальной причиной отъезда было возобновление его болезни и необходимость лечиться на морских курортах. Однако истинной причиной отъезда писателя стали обострившиеся идеологические разногласия с установившейся в России властью большевиков.

 В 1921–1923 годах Горький живет в Гельсингфорсе (Хельсинки), Берлине, Праге.

С 1924 года писатель вновь в своей любимой Италии, в Сорренто. Здесь он с эмиграции, но не в изоляции. Его посещают писатели Л. Леонов, О. Форш, В. Лидин, Н. Эрдман, В. Катаев, Н. Асеев, И. Уткин, А. Жаров, А. Безыменский, С. Маршак, режиссер В. Мейерхольд, композитор С. Прокофьев, скульптор С. Коненков, художники П. Кончаловский, Ян Стыка, побывали Шаляпин, Красин, советские военные моряки, артисты МХАТа.

Нередко писатель читает гостям свои произведения, интересуется их мнением о прослушанном.

«Читал он, — вспоминал Вс. Иванов, — в особенности когда было мало слушателей, так, что леденящий сухой трепет восторга наполняет все суставы. Он мало выделял интонациями отдельных персонажей, но в его медленном чтении, понурой голове с косматыми усами, в каждой фразе, которую он как бы подавал, во всем этом громадном движении мыслей, которые величаво и давяще лились на вас с этих страниц, чувствовалось орлиное паренье, чувствовался непокорный и кипящий подъем все вверх и вверх. Вы не успели оглянуться, как уже на вершине, и сердце ваше при виде всей этой необъятной необозримости замирает, и вас охватывает такая чудесная зависть, такое бурное и бунтующее чувство счастья, что жизнь кажется молнией…»

А еще Горький продолжает писать. В 1923 году выходит третья часть автобиографической трилогии «Мои университеты». В 1925 году свет увидел роман «Дело Артамоновых». Горьковские рассказы и очерки 1920-х годов «Рассказ о герое», «Карамора» и другие очень сложны художественно: яркое изображение быта сочетается в них с изощренным психологическим анализом.

1928 год ознаменован не только пятинедельной поездкой по СССР по приглашению советского правительства и лично Сталина (Курск, Харьков, Крым, Ростов-на-Дону, Нижний Новгород), но и очередным, уже третьим выдвижением на Нобелевскую премию по литературе.

В 1928 году победило норвежское средневековье

На высшую награду Горького выдвинули известные шведские литераторы В. фон Хейденстам и Т. Хедберг.

Готовя в 1923 году свое экспертное заключение о номинированном на Нобелевскую премию Максиме Горьком, профессор славистики Антон Карлгрен мог сослаться на своего предшественника доктора Йенсена, который определял Горького как «уставшего, давно уже выжатого писателя». Но теперь, спустя пять лет, Карлгрену пришлось писать обстоятельное заключение о творчестве автора, которого «чествуют в России, как никого из русских писателей до него, и подобная поддержка его кандидатуры общественным мнением… является уникальным случаем в истории Нобелевской премии».

Для шведского эксперта Горький — писатель, безусловно, тенденциозный, но рождающий живые, подлинные образы «людей из плоти и крови, исключительных личностей, изображенных с выдающимся мастерством». В целом же творчество писателя конца 1920-х Карлгрен оценивает как «необыкновенный ренессанс», обеспечивший ему «ведущее место в русской литературе».

По результатам обсуждения уже в Нобелевском комитете оказалось, что среди претендентов есть два несомненных лидера: Максим Горький и норвежская писательница Сигрид Унсет, которая в своих романах скрупулезно и исторически достоверно изображала жизнь и быт норвежцев в период 1310–1349 годов.

Что же именно заставило академиков отказаться от присуждения премии замечательному русскому писателю, «обогатившему мировую литературу»? Ответ на этот вопрос отчасти содержится в специально высказанном мнении одного из членов Нобелевского комитета, шведского критика и литературоведа Генрика Шюка. На основе экспертного отзыва Шюк постарался создать политический, а отнюдь не литературный портрет Горького. Этот нобелевский судия решил, что великий русский писатель эволюционировал от «дурной первомайской риторики» к «прямой дискредитации» власти и «агитации» против нее, а затем, после первой русской революции, к большевистской идеологии, которая заставила Горького раздваиваться между требованиями «партийной дисциплины» и глубоким художественным чутьем. В результате, по мнению члена Нобелевского комитета, ряд ранних работ писателя оказался вроде бы достойным Нобелевской премии (тогда вопрос: почему ее не присудили Горькому ни в 1918, ни в 1923 годах?), но позднейшие сочинения Максима Горького заслуживают, на взгляд шведских ценителей литературы, «совершенно убийственной критики».

Другого член Нобелевского комитета Пер Хальстрем и вовсе полагал, что присуждение премии Горькому «будет превратно истолковано».

Это и определило окончательный выбор высокого жюри. Боязливый консерватизм шведских академиков и страх перед возможным скандалом возобладали.

Максим Горький, писатель с мировым именем, имеющий международное признание и изданный на многих языках огромными тиражами, вновь оказался отвергнутым. А лауреатом Нобелевской премии 1928 года стала норвежская романистка Сигрет Унсет «за совершенное описание норвежского средневековья».

Из советской России в Италию

После поездки по СССР в 1928 году Горький возвращается обратно в Италию. Он продолжает работу над романом «Жизнь Клима Самгина».

В 1929 год году писатель второй раз приезжает в Советский Союз. 20–23 июня Горький посещает Соловецкий лагерь особого назначения и пишет хвалебный отзыв о его режиме (очерк «Соловки»). Этому факту посвящен фрагмент труда Александра Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ». Значит, все-таки правы шведские академики насчет великого пролетарского писателя? Ангажирован? Подчиняется «требованиям партийной дисциплины»?

Конечно, это был уже не тот Алексей Максимович, который сразу после октября 1917 года резко критиковал большевиков за их отношение к старой русской интеллигенции. Конечно, не стерлись разногласия по политическим моментам, выявившиеся еще на Капри. Но писателю уже за 60, а теплый средиземноморский климат лечит не только больное тело, но и израненную душу.

12 октября 1929 года Горький уезжает обратно в Италию. Здесь, в Сорренто, он узнает о жизни в Советском Союзе больше, чем ему показали во время поездки по стране. Тысячи писем, которые получает Горький, рассказывают о том, что происходит в советской России. Горькому писали литераторы, рабочие, селькоры, дети… В письмах обсуждались не только литературные и политические вопросы, Горького просили порекомендовать опытного врача, спрашивали, стоит ли жениться.

Далеко не все знали точный адрес писателя. На конвертах порой писали совершенно фантастические адреса: Italia. Samara, «Швейцария. Остров Кипр. Горькому». Но письма все равно находили всемирно известного адресата.

Нобель бы одобрил…

В 1930 году в Шведскую академию обращается профессор славистики Лундского университета, между прочим, старейшего в границах современной Швеции, переводчик и поэт Сигурд Агрель. Он номинирует на Нобелевскую премию Горького, Мережковского и Бунина. «Если бы был жив Альфред Нобель, он бы наверняка самым горячим образом одобрил предложение» присудить премию «кому-нибудь из писателей, представляющих литературу русской эмиграции», — убеждал профессор в своем послании членов Нобелевского комитета.

Однако затем по соображениям материального характера шведский славист отзывает кандидатуру Горького, «не испытывающего недостатка в благах мира сего». Поколебавшись, Агрель предлагает дать премию Мережковскому или разделить награду между ним и Буниным.

Однако в тот раз русские писатели проиграли американцу Синклеру Льюису.

(Окончание следует.)

Подготовила Марина Сергеева
Источники информации и фото:
http://noblit.ru, http://uchitel-slovesnosti.ru, http://www.hrono.ru, http://www.visualrian.ru, livejournal.com, http://alliruk.livejournal.com, http://world.lib.ru, http://modernlib.ru, http://www.iarex.ru

  • 023 (968) 01.04.2015

Свежий номер

Свежий номер

091 (1255) 08.11.2017
Все видео


Партнеры


gosu

© 2017  Еженедельная городская газета "День города. Нижний Новгород"    support@dengoroda-nn.ru